Полтавські єпархіальні відомості, № 5, 1 березня 1863

183 — венной дѣятельности, гдѣ надо искать отвѣтовъ на са мую большую часть загадокъ, которыхъ такъ много у правосудія человѣческаго, при разбирательствѣ нашихъ добрыхъ и худыхъ дѣлъ? вопросъ этотъ неразрѣшимъ для общества человѣческаго. Е го высокая цѣль ос тается цѣлію; его работа— безъ начала и безъ конца; всѣ мѣры его— орудія борьбы, а не побѣды. Положе ніе, какъ съ разу понятію, крайне затруднительное, не прочное и, можетъ быть, невсегда безопасное! Но вотъ тутъ — то и является Богъ на помощь лю дямъ съ своимъ всемощиымъ и совершенно отличнымъ отъ сказанныхъ средствомъ къ нашему нравственному воспитанію. Разумѣемъ Таинство Покаянія. Въ чемъ преимущественная сила его? Мы сказали, что общество человѣческое не можетъ упомянутыми мѣрами вести насъ къ надлежащему нравственному со вершенству отъ того, что отъ него закрытъ внутрен ній міръ нашъ. Надо, чтобы мы сами к а к ъ -н и б у д ь открылись для суда и мѣръ общественныхъ. Но въ темъ— то и дѣло, что на глазахъ общ ества,— на ш р у , духовная природа наша не имѣетъ побужденій откры ваться и-на оборотъ— имѣетъ не мало причинъ скры вать себя. При людяхъ мы стыдимся и боимся откры ваться во многомъ и— не открываемся. Если при этомъ самолюбіе наше находитъ выгоднымъ воспитывать въ себѣ самыя худыя мысли и намѣренія, оно смѣло во спитываетъ ихъ, думая про себя: люди— не боги и правосудіе человѣческое не всевѣдущ е. — Иное со всѣмъ дѣло— Таинство Покаянія. Т утъ Церковь съ са маго начала ставитъ насъ не . на судъ людской, а на *